Политика Политика

Лукашенко готовит механизм передачи власти в Беларуси

Источник изображения: argumenti.ru
 

В Сочи проходит встреча президентов России и Беларуси. Накануне переговоров Владимира Путина и Александра Лукашенко во внутренней и внешней политике Беларуси произошли радикальные сдвиги. Международный скандал вокруг посадки европейского самолета ради ареста белорусского оппозиционера Романа Протасевича, разгром самого популярного белорусского СМИ — интернет-портала Tut.by, а также выход декрета, который предполагает передачу руководящих функций Совету безопасности в случае гибели главы государства, заставляют вновь говорить о возможном в скором будущем транзите власти в республике.

Защита от заговора?

Появление декрета «О защите суверенитета и конституционного строя» напрямую связано с информацией о заговоре, направленном против Александра Лукашенко. Сам белорусский президент анонсировал принятие этого документа, комментируя сообщения о готовившемся перевороте.

Таким образом, если верить официальной версии, новый декрет должен стать своеобразным предохранительным механизмом на случай политического форс-мажора в случае физического устранения президента. Документ предлагает некий алгоритм действий власти, который должен обеспечить сохранение стабильности и преемственности курса, а также обеспечить передачу власти новому главе государства после внеочередных выборов.

Однако механизм действий на случай недееспособности главы государства и проведения досрочных выборов уже прописан в белорусской Конституции — в этой ситуации исполняющим обязанности президента становится премьер-министр, который исполняет эти функции до избрания нового главы государства.

Новый декрет, по сути, лишает премьер-министра этой роли.

Несмотря на то, что именно глава правительства возглавляет Совет безопасности, в случае предполагаемого форс-мажора функции главы государства переходят именно Совбезу как коллективному органу, принимающему решения на коллегиальной основе.

Ослабление премьер-министра?

В связи с этим возникает подозрение, что одной из истинных причин принятия декрета является стремление дополнительно институционально ослабить пост премьер-министра.

Зачем это делать, учитывая, что позиция премьер-министра в Беларуси и так очень слабая? Фактически глава правительства — это чисто техническая фигура, которую президент может отправить в отставку в любой момент.

Однако юридически премьер-министр — это второе лицо в государстве, которое не только наделено полномочиями исполнять обязанности президента «в случае чего», но и потенциально способно стать альтернативным центром власти.

В этом смысле много пищи для размышлений белорусскому президенту предоставляет опыт России, где соотношение президента и премьер-министра в целом похоже.

В России позиция премьер-министра может быть как чисто технической, как и в Беларуси, так и стремительно наращивать свой аппаратный вес, особенно в ситуации, когда будущий преемник уходящего главы государства презентуется публике именно в качестве премьер-министра. Так было в 1999 году, когда Ельцин представил общественности Владимира Путина.

Опыт путинско-медведевского «дуумвирата» с рокировками премьера и президента также означал увеличение аппаратного веса поста председателя правительства. Кроме того, этот опыт показал, что связка президента и премьер-министра может подвергаться серьезным испытаниям на прочность из-за того, что в элите начинают развиваться конкурирующие группировки, делающие ставку на один из двух «престолов».

В Беларуси, в отличие от России, пост премьер-министра всегда находился в глубокой тени президента.

Однако нельзя не вспомнить, что в бытность премьер-министром Сергея Румаса (а было это как раз накануне турбулентных президентских выборов 2020 года) очень многие прочили его то ли в преемники Александру Лукашенко, то ли даже в главные альтернативные кандидаты ему.

Румас имел репутацию компетентного технократа, который устраивал белорусские элиты, а также мог выступить компромиссной фигурой для России и Запада, в отличие от конфликтного и непредсказуемого Лукашенко.

Несмотря на то, что сам Сергей Румас не проявлял никаких публичных политических амбиций ни в бытность премьером, ни после отставки, нельзя исключать, что его популярность была воспринята как угроза. Сегодня Сергей Румас работает в России, а в «Белагропромбанке» и «Банке развития», которые он в свое время возглавлял, раскручиваются громкие коррупционные дела.

Нынешний премьер-министр Роман Головченко выглядит как полностью лояльный и командный игрок, от которого власти Лукашенко не может исходить никакой угрозы. Однако нельзя исключать, что президент решил подстраховаться и исключить для премьер-министра, кем бы он ни был, любые соблазны сыграть в самостоятельную игру.

С этой точки зрения лишение премьер-министра права исполнять обязанности президента в случае форс-мажора и замена его «коллективным президентом» в лице Совбеза выглядит вполне логично.

Умение выстраивать систему сдержек и противовесов в собственном окружении — одно из главных искусств, обеспечивающих политическое долголетие авторитарных лидеров.

Задел под конституционную реформу?

Возможно, декрет о передаче власти также стал элементом подготовки к конституционной реформе, частью которой может оказаться усиление Совета безопасности.

С одной стороны, становится достаточно очевидным, что власти республики намерены сохранить президентскую модель. Не менее очевидно и то, что некую децентрализацию полномочий эта реформа все-таки предполагает.

Учитывая, что Александр Лукашенко традиционно не доверяет органам политического представительства и вряд ли пойдет на существенное усиление роли политических партий и парламента (недавний отказ в регистрации партии «Союз» косвенно подтверждает это), вполне вероятно появление в системе управления неких дополнительных органов. Им и будет передана часть полномочий, но которые при этом будут пользоваться доверием президента и работать с ним в одной связке.

На роль подобного органа рассматривалось Всебелорусское народное собрание (ВНС), очередной съезд которого состоялся в феврале этого года. Тогда много говорилось о возможном придании ему конституционного статуса.

Однако сегодня тема ВНС полностью исчезла из информационного поля, и это может указывать на то, что от этой идеи решили отказаться.

Действительно, еще один представительский орган, то ли дублирующий парламент, то ли противостоящий ему, с неясным функционалом, выглядит громоздко и нелогично.

Иное дело Совет безопасности, состоящий из уже действующих высших чиновников.

Он может стать своеобразным политбюро, ответственным за выработку наиболее значимых решений.

К тому же, Совбез неплохо вписывается в нынешнюю идеологическую конъюнктуру, с нагнетанием темы внешней угрозы и противостояния глобальному миропорядку — своего рода «орден меченосцев», стоящих на страже суверенитета и независимости белорусского государства.

Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Читайте также
Лукашенко назвал мерзавцем главу МИД Латвии Ринкевича (видео)
26 мая
Президент Беларуси Александр Лукашенко, комментируя смену государственного флага республики в Риге на бело-красно-белое знамя оппозиции, назвал мерзавцем главу МИД Латвии Эдгара Ринкевича.
«Хоть бы ему карту дали»: Лукашенко предложил Байдену приехать в Беларусь
26 мая
Президенты России и США Владимир Путин и Джозеф Байден могут встретиться в Минске для того, чтобы обсудить Беларусь. С таким предложением выступил глава республики Александр Лукашенко.
Глава МИД Литвы заявил об аннексии Беларуси Путиным
27 мая
Президент Беларуси Александр Лукашенко помогает российскому лидеру Владимиру Путины аннексировать страну, заявил глава МИД Литвы Габриэлюс Ландсбергис.
Литва усилит охрану границ с Беларусью после угроз Лукашенко отправить в страну мигрантов
27 мая
Литва готовится усилить охрану границ с Беларусью из-за «угроз, исходящих от белорусского диктатора», заявила министр внутренних дел балтийской республики Агне Билотайте.
Обсуждение ()
Новости партнёров