Blogпост Blogпост

Мы это сделали: Крымский мост снял тяжелую психологическую проблему

Источник изображения: © РИА Новости / Алексей Мальгавко
0  

Если вам нужен образ чистой, не омраченной скандалами или искусственно фиксированной натужными торжествами и шествиями России, спокойно сознающей себя именно в этом статусе победы, то это именно он – Крымский мост.

Скажем, грандиозная сочинская стройка не имела такой «прекрасной ясности» ни в замысле, ни в исполнении.

Это был очень амбициозный проект, который скорее был нацелен на демонстрацию силы, ресурсов, «мы можем», но его человекоориентированность все-таки казалась сомнительной.

Спорт – это важно, но не жизненно необходимо. Когда стройка была завершена, все облегченно выдохнули: «Ну слава богу, они справились!» «Они» – это государство.

А вчера мы выдыхали совершенно иначе, поскольку в данном случае справились все мы.

Человекоориентированность Крымского моста – она даже не стопроцентная, она измеряется величинами не социологическими, а какого-то иного порядка.

Казалось бы, ну ладно: мост – это прекрасно, чудо архитектурной и инженерной мысли, красавец, транспортная артерия. Всем это понятно. Но он выполнил, на мой взгляд, иную важнейшую функцию.

Он переучредил нынешнюю Россию, окончательно введя в ее состав Крым.

Кроме того, он внес в сознание крымчан цельность, бесповоротно вытравив из него синдромы, образовавшиеся во время периода существования в составе Украины.

Все-таки до его ввода в эксплуатацию полуостров, несмотря на свой курортный статус, казался проблемной территорией – было неудобно и перед крымчанами, что нет никакого волшебного ковра-самолета, которым можно было бы заменить зависимую от погодных условий, громоздкую и недешевую паромную переправу.

И крымчанам, думаю, было неудобно перед остальными россиянами за то, что ломят втридорога, за дороссийский уровень сферы обслуживания, за то, что их все время пытаются блокировать со стороны Украины какие-то странные люди.

Это повышенное внимание к ним со стороны украинских националистов, татарских экстремистов (теперь вот создали какую-то патрульную службу по Крыму) делало их россиянами с какой-то родовой травмой, от которой они уже четыре года не могут избавиться.

И мост – это не просто транспортное сообщение, это прежде всего ветер из России, прогуливающийся по крымским закоулкам и выдувающий пыль и застарелую плесень. Ветер, впитывающий в себя солнце, запахи степи и моря и возвращающийся в Россию, чтобы добавить ей немного тепла и света, позаимствованных у крымчан.

Это прежде всего ментальная связь, мгновенно соединившая все еще казавшийся оторванным от материка полуостров со всей гигантской страной.

Получив беспроблемную связь с материковой Россией, Крым во мгновение ока вышел из тягостного психологического состояния зажатого, осажденного клочка земли, вынужденного влачить существование в качестве бедного родственника.

Будучи подпираем с одной стороны психами, а с другой – водной стихией, он мог, конечно, с тоской вглядываться в далекий и родной берег, но чтобы до него добраться, ему приходилось вытаскивать из сарая лодку и весла, смотреть на небо, не надвигаются ли тучи.

В крайнем случае, заняв денег у соседей, он покупал авиабилет, чтобы по воздуху добраться до страны, которую считал своей.

Эти психологические проблемы и снял Крымский мост, распахнув со своего периметра полноценную Россию в обе стороны.

Этим и измеряется человекоориентированность проекта – он сделал мироощущение крымчан менее конфликтным, более комфортным, чуточку торжественным, поскольку вот это все сделано для нас.

Страна в напряжении всех сил, с привлечением колоссальных финансовых и человеческих ресурсов, с опережением графика дала жителям полуострова возможность ощутить себя наконец Россией в полной мере.

Нет, конечно, очень важны и упростившийся товарооборот, возможность беспрепятственно доставлять необходимые грузы, не зависящий от погодных условий доступ к Крыму для туристов.

Все это, как и отмечают различные политики и эксперты, будет способствовать экономическому развитию вернувшегося в родную гавань полуострова, но мне – и я понимаю, что это очень субъективно – эффект снятия синдрома подпольного существования кажется более существенным.

В течение четверти века Крым болтался на положении нелюбимого пасынка у Украины, будучи обделен заботой. Фактически, будучи предоставлен самому себе, он нищал, разваливался, ржавел, деградировал.

После затянувшегося на долгие годы сиротства оказаться предметом бережного ухода, веселых и постоянных хлопот, всенародного обожания – это, конечно, чистый восторг и вдохновение. 

И любовь. 

А для России эти хлопоты в радость.

А как иначе выразить свое отношение к потерянному, но вновь обретенному родственнику? Только окружив его неустанной заботой и пониманием, какую его проблему надо решить в первую очередь.

Мы это сделали, ребята! Мы ее решили! Всем миром!
Оригинальная статья
Читайте также
Путин прибыл на церемонию открытия Крымского моста (видеотрансляция)
15 мая
Президент России Владимир Путин прибыл на торжественную церемонию открытия Крымского моста. Как сообщала ранее пресс-служба Кремля, глава государства ознакомится с готовностью Единого центра управления дорожным движением и всех эксплуатационных служб к работе переправы через Керченский пролив.
Михеев о «патрульной полиции Крыма»: очередная фальшивка в стиле украинской шизофрении
15 мая
Ни о каком реальном присутствии украинской полиции в Крыму речи быть не может, «патрульная полиция АКР и Севастополя» — очередная украинская «фальшивка» для имитации борьбы Киева за «оккупированный» полуостров, заявил политолог Сергей Михеев.
На Украине заработала «патрульная полиция Крыма»
15 мая
В Херсонской области начал работать отдел «патрульной полиции в Автономной республике Крым (АРК) и Севастополе».
Украина пообещала выставить России счет за убытки от Крымского моста
16 мая
Убытки Украины от строительства Крымского моста оценены в 0,5 млрд гривен в год (около 1,2 млрд рублей).
Обсуждение ()